Карфаген

Сиракузы были западным форпостом эллинского мира, столицей греческой Сицилии. Дальше на запад начинался другой мир, таинственные, запретные для греков моря и возвышающиеся на утесах могучие крепости. Это был мир финикиян-пунийцев, завоевавших его в те давние времена, когда тирские моряки нашли дорогу в сказочный Таршиш. Серебро и олово Таршиша были главным сокровищем этого мира, ревностно оберегаемым от завистливых греков – стоило греческому кораблю появиться в запретных водах у Геракловых Столпов, как на него со всех сторон набрасывались финикийские триеры. Триеры выходили из Гадеса, военно-торговой базы, некогда основанной тирянами за Геракловыми Столпами на берегу океана. Гдето там, за Столпами, находился и загадочный Таршиш – но финикийцы сумели навсегда наложить на дорогу к нему покров тайны.

Далекий путь от Тира в Гадес вдоль берега Африки продолжался 76 дней. На берегу тут и там были разбросаны укрепленные финикийские колонии – финикийцы были первым народом, выводившим переселенческие колонии на пустынные берега западного Средиземноморья. В IX веке близ теперешнего Туниса тирские эмигранты основали "Новый Город", Карфаген – будущую столицу финикийского Запада. Карфаген стал промежуточной гаванью, где отдыхали от бурь идущие в Таршиш корабли. В начале VI века "таршишский путь" стал подвергаться атакам греческих триер, время от времени греки прерывали дорогу в Тир, и финикийский Запад оказался предоставленным сам себе.
Но финикийские колонии сумели объединиться и в 536 году остановили греков в морской битве при Алалии.

С этого времени Карфаген стал центром федерации финикийских городов Запада, ему удалось подчинить Гадес и овладеть сказочными богатствами Таршиша.
Серебро во все времена означало силу и власть; оно позволило создать наёмную армию и завоевать окружающие Карфаген долины – вплоть до кромки Великой Пустыни. Часть местного населения, ливийцев, была обращена в рабов; остальные были вынуждены платить тяжелую дань. Договорившись с дикими племенами пустыни, карфагеняне наладили путь через Сахару, в таинственный мир Тропической Африки. Большие караваны доставляли с юга черных невольников, золото, слоновую кость, шкуры неведомых зверей и яркие перья тропических птиц. На юг везли вино и железные мечи – символ цивилизации древнего мира.

К IV веку разбогатевший на торговле Карфаген превратился в огромный город с 600-тысячным населением – крупнейший город Средиземноморья. Сотни кораблей толпились в обширной гавани; толпы торговцев суетились на узких, поднимавшихся к крепости улочках. Примыкавший к порту Старый Город, Бирса, был застроен шестиэтажными домами – здесь в неимоверной тесноте жили бедняки, моряки и ремесленники. За крепостным холмом располагалась Мегара – город богатых, роскошные виллы среди садов и каналов, тенистые парки и великолепные храмы. Богатые и знатные, плантаторы и купцы, правили Карфагеном, входили в совет старейшин и занимали должности правителей-"судей"; народное собрание созывалось лишь в случае, если старейшины не могли договориться между собой. За стенами города располагались поместья аристократии – огромные плантации с виноградниками, рощами финиковых пальм и множеством рабов. Загородные дворцы карфагенской знати удивляли приезжих греков своими настенными росписями, бассейнами, аллеями роз. Весь этот мир богатства обслуживали многие тысячи рабов; рабы работали на плантациях, в ремесленных мастерских, служили гребцами на триерах. Иногда они восставали, объединялись с угнетенными ливийцами и подступали к стенам города; вторжение любого врага, римлян или греков, вызывало восстания угнетенных, с яростью громивших роскошные виллы карфагенян.

Восстания рабов чередовались с волнениями карфагенской бедноты, безработных моряков и ремесленников. Буржуазная аристократия избавлялась от бедноты, переселяя её в колонии – самым большим переселением такого рода была экспедиция Ганнона из 60 кораблей с 30 тысячами эмигрантов. Ганнон основал несколько городов на побережье Африки за Геракловыми Столпами, а затем поплыл на юг; он достиг берегов, покрытых джунглями, где водились гориллы и огромные вулканы извергали в море потоки лавы. "Мы увидели ночью землю, наполненную огнем, в середине которой горел костер, достигавший звезд", – говорит "Перипл Ганнона". Рассказ Ганнона породил легенду, что южные моря наполнены огнём – и вплоть до конца средневековья моряки не осмеливались плавать по этому пути. Путешествие Гамилькона к Британии тоже породило легенды – о зарослях, в которых застревали корабли и об огромных морских чудовищах – эти рассказы придумывались финикийцами, чтобы отбить у греков охоту к плаванию на запад. Вероятно, финикийские корабли достигали и Америки; в Америке находили карфагенские монеты, и в Карфагене знали об огромных островах на западе – но, конечно, это были случайные плавания, из которых мало кто возвращался.

Могущество Карфагена опиралось на его военный флот, сотни быстроходных триер, стоявших в эллингах военной гавани. Военный порт Карфагена вызывал восхищение греческих историков: это был обширный круглый бассейн, окружённый огромным кольцеобразным зданием, колонны которого поднимались из воды.

Триеры проплывали между колонн внутрь арсенала и по наклонной плоскости поднимались в сухие доки. Посреди бассейна возвышалось круглое здание с доками и адмиральской наблюдательной башней; доки были рассчитаны на 220 кораблей – карфагенский флот был достойным соперником сиракузских эскадр.

Война между Карфагеном и Сиракузами продолжалась почти непрерывно в течение V и IV веков; морские сражения чередовались с боями на Сицилии: финикийцам принадлежала западная часть острова, грекам – восточная, и ни одна сторона не могла одолеть другую. Армия карфагенян состояла из разноплемённых наемников – деньги купцов и испанское серебро позволяли покупать жизни солдат. В этом мире наживы все решали деньги: за деньги можно было купить военную силу, власть, могущество; имея деньги, можно было попытаться завоевать мир – как это сделал знаменитый Ганнибал. Власть над Карфагеном принадлежала тому, кто больше заплатит, все продавалось и покупалось, и бедняк не считался за человека. Отряды хищных наёмников охраняли роскошные виллы буржуазии и усмиряли толпы полуголодных рабов, а когда народное собрание пыталось предъявить свои права, навстречу ему тоже выходили шеренги наёмных варваров с обнаженными мечами. Таков был Карфаген, город золотого тельца, пытавшийся господствовать над половиной Ойкумены. Золото правило этим миром до тех пор, пока не пришла другая сила, более могущественная, чем золото, – сила римских легионов.

Настало время, и на другом берегу моря в зале римского сената поднялся суровый старик и в воцарившейся тишине произнес роковые слова: – Я считаю, что Карфаген надо разрушить… – Да, я считаю, что Карфаген должен быть разрушен. 

Смотрите также

Характер крупного поместья постепенно менялся
Германское завоевание ускорило тот процесс превращения рабовладельческого хозяйства в феодальное, зачатки которого можно было обнаружить еще в Римской империи. Крупное имение основывалось теперь на ...

Наполеон Бонапарт
Консульство. Если правительство во Франции до 1799 имело небольшое влияние, то после переворота 18 брюмера (9 ноября 1799) положение быстро изменилось. Директория была заменена Консульством, и первым ...

Развитие торговли и кредитного дела в Западной Европе
Рост городов в Западной Европе способствовал в XI—XV вв. значительному развитию внутренней и внешней торговли. Города, в том числе и небольшие, прежде всего, формировали местный рынок, где ос ...