Введение кантонной системы управления и ее эволюция
Страница 9

«Прием и отвод» команд, следуемых на линию и домой, производились поход­ными старшинами или дистаночными начальниками из башкир и мишарей. Послед­ние назначались кантонными начальниками по 2-3 человека на кантон и утвержда­лись генерал-губернатором. Командируемые на военно-сторожевую службу к назна­ченному сроку должны были прибыть на сборный пункт. Неявившихся в свои отря­ды людей наказывали «в страх другим» палками. Юртовые старшины передавали по спискам свои команды кантонному начальнику, а те - походным старшинам. При этом обращалось внимание на то. чтобы прибывшие на службу люди были из очередников, соответствовали установленному возрасту и каждый был «о двуконь», с «исправным седельным прибором и с крепкой ременной упряжной сбруей», а так­же с «исправными копьями, саблями, ружьями и сайдаком со стрелами», с «хоро­шей, не ветхой одеждой». Поскольку служащие на линии нередко привлекались к различным казенным работам, то каждый должен был иметь по косе и топору664. Шпиндельные узлы GMN пористые газостатические опоры Шпиндельных узлов.

По прибытии к месту назначения походные начальники распределяли воинов по редутам и крепостям. Военные чиновники наблюдали за тем, чтобы служащие не от­лучались с постов, занимались боевой подготовкой, исправно несли службу. В случае смерти одного из командированных или лошади они требовали от кантонных началь­ников высылки замены. Во время марша и службы команд походные начальники ве­ли учет и контроль над расходом продовольствия, фуража, «подможных» денег и от­читывались перед кантонными начальниками. Через каждые 7 дней походные стар­шины подавали кантонным начальникам, а также коменданту крепости или главному дистаночному начальнику, в чьем непосредственном подчинении находились прибы­вавшие на службу башкиро-мишарские команды, рапорты об их состоянии.

Ежедневные изнурительные учения, сопровождаемые физическими наказания­ми за малейшую оплошность, денежными штрафами и взысканиями создавали не­выносимые условия службы. Коменданты крепостей, главные дистаночные началь­ники, назначаемые из казачьих офицеров, а также башкирские и мишарские поход­ные старшины расхищали средства, отпускаемые на содержание рядовых, использо­вали последних на различных своих работах. Полковник Прянишников, побывав­ший в 1829 г. в губернии по рекрутским делам, писал: «После тяжелых работ изну­ренные башкирцы с наступлением зимы на тощих и чуть движущихся лошадях от­правляются в свои улусы. Угнетение башкирцев неимоверно и я священным долгом считаю обратить внимание начальства на сих несчастных жертв корысти»665.

Кроме Оренбургской линии, башкиры направляли тысячную команду на Сибир­скую пограничную линию. Эта служба была наиболее обременительной, так как приходилось ехать на дальнее расстояние и оставаться там в течение года. В 1800 г. она была заменена этапной службой по Сибирскому тракту, которая также длилась один год. Башкирские команды конвоировали ссыльных из Пермской губернии до Иркутска. Этапная служба по Сибирскому тракту продолжалась до конца 40-х гг. XIX в666. Башкир и мишарей привлекали к несению этапной службы на дороге Уфа-Челябинск (через Златоустовский завод), а также к конвоированию ссыльных в цен­тральных и западных губерниях страны. Башкиро-мещерякское войско участвовало и в охране западных границ страны. Так, в 1828-1833 гг. два башкирских полка не­сли службу в Бессарабии667.

Башкирские и казачьи отряды использовались царским правительством для про­ведения карательных операций внутри Оренбургской губернии и в Казахстане. В большинстве случаев выступления трудовых масс одной народности подавлялись вооруженной силой другого народа. Так, выступление уральских казаков в 1805 г. было подавлено с привлечением башкирского полка. В 1823 г. отряд башкир из 3-го кантона участвовал «в усмирении» рабочих Каслинского и Кыштымского заводов. Восстание на Юрюзанском, Усть-Катавском и Катав-Ивановском заводах в 1829 г. подавлено отрядами из 3-го мишарского и 8-го башкирского кантонов668. В 1843 г. власти направили русских казаков и башкир на ликвидацию «картофельного бунта» крестьян Челябинского уезда. Восстание башкир, мишарей, тептярей и русских кре­стьян в 1835 г. разгромлено оренбургскими казаками при участии двух полков из южных башкирских кантонов. В 1825-1840 гг. силами казаков, башкир и мишарей военные власти организовали 15 карательных набегов на казахские степи669. Все это было связано с правительственной политикой противопоставления и разъединения трудовых масс различных народов.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13